Томас райнер



: Идеи дизайна от Томаса Райнера

Сейчас Томас Райнер возглавляет архитектурную консалтинговую фирму «Фито Студио» (Phyto Studio) в Вашингтоне. А кроме того, он – знаменитый оратор, получивший признание благодаря своим выдающимся публичным выступлениям перед зрителями в США и странах Европы.

Томас – специалист в сфере применения инновационных идей садоводства для создания экологически ориентированных ландшафтов. В своей недавней работе «Посадки в постприродном мире», написанной в соавторстве с Клаудией Вест, Райнер предложил концепцию создания «природных» садов.

Суть ее заключается в том, чтобы организовывать садовый ландшафт, основываясь на наблюдениях за дикой природой. Местные и неместные виды растений необходимо объединять в группы в соответствии с тем, как они ведут себя в дикой природе. Растения в таких садах более выносливы и реже болеют. «Природные» сады более гармоничны визуально и требуют меньшего ухода.

Вашему вниманию – основные принципы экологического ландшафтного дизайна, предложенные Томасом Райнером.

1. Не нужно улучшать почву


В традиционном садоводстве поощряется улучшение почвы до состояния некой универсальной смеси, рыхлой и чрезвычайно плодородной. Однако Томас Райнер считает, что растениям не нужна почва, отвечающая общим критериям, каждое нуждается в определенном виде почвы. По его мнению, более целесообразно подбирать для почвы подходящие культуры, а не пытаться создавать искусственную среду, помещая растения в неестественные для него условия только потому, что вы этого хотите.

2. Скажите «Нет!» двойной перекопке

Не первый десяток лет садоводы по всему миру применяют так называемый метод двойной перекопки, или псевдоплантаж. Его суть заключается в двухъярусном перекапывании грунта на глубину 2 штыков лопаты с целью повышения плодородия. Райнер полагает, что этот способ уже устарел и подходит лишь для участков с сильно уплотненной почвой.

По мнению ландшафтного архитектора, такие процедуры, как двойная перекопка и вспахивание земли разрушают естественные слои почвы, тем самым нарушая полезную микоризу (взаимовыгодные отношения, которые образуются между корнями растений и грибами). Все это создает идеальные условия для роста сорняков и инвазивных видов растений.

3. Проводите тестирование почвы


Томас Райнер отнюдь не выступает за то, чтобы полностью отказаться от манипуляций с почвой и перестать помогать растениям. Он советует проводить анализ земли на участке, чтобы вы могли подобрать растения, которые будут хорошо расти в вашем саду. Чтобы узнать все подробности о свойствах почвы, обратитесь в лабораторию, где специалисты протестируют ее состав.

По мнению Томаса Райнера, если в почве содержится 4-5% органического вещества, ее не нужно улучшать. Необходимый минимум для молодых растений – компостный чай или небольшие дозы компоста. Этих удобрений вполне достаточно, чтобы саженцы прижились и могли гармонично развиваться в новой для них среде.

4. Откажитесь от мульчи

Райнер утверждает, что целесообразней засеять почву растениями, чем покрыть мульчей. Многолетники будут препятствовать появлению сорняков эффективнее, и при этом о них не нужно так заботиться, как о мульче, которую периодически нужно менять и досыпать. Кусты роз и азалии, обрамленные осокой, диким имбирем и гейхерой, смотрятся в саду более гармонично, чем одинокий кустарник, окруженный насыпью из древесной щепы или коры.

5. Сейте покровные культуры

По мнению Райнера, не стоит пренебрегать покровными культурами в саду. Высевая на участке клевер, горчицу, фацелию и другие подобные растения, вы можете полностью отказаться от дополнительного внесения компоста.

На место отцветших однолетников или погибших многолетников в августе-сентябре «заселите», например, редьку посевную. Ваш участок не только простоит зеленым до холодов, но вы также успеете собрать урожай корнеплодов. А стебли и листья сидерата послужат хорошим удобрением для почвы.

6. Следуйте примеру природы


Планируя посадки, позвольте природе быть вашим проводником. Томас Райнер говорит о том, что мы слишком долго рассматривали растения как предметы ландшафта, и забыли о том, что это живые организмы. По этой причине мы все чаще произвольно помещаем их в неподходящие условия, игнорируя потребности зеленых питомцев. Гораздо лучше изучать особенности растений в дикой природе, применяя эти знания в наших садах.

В естественных условиях, культуры, как правило, образуют взаимозависимые группы, где каждый тип растения взаимодействует с другими так, чтобы максимально эффективно использовать солнечный свет, воду и питательные вещества для нормального развития всего сообщества.

7. Сажайте больше растений

Не сдерживайте себя, сажайте щедро! Чтобы заполнить сад, вам понадобится много растений. Для создания сада «с нуля» Томас Райнер советует приобрести несколько крупных экземпляров и большое количество более мелких культур.

Учтите, что когда вы покупаете крупный многолетник в питомнике, вы получаете растение, которое было выращено в идеальной среде. Ваш сад вряд ли сможет предложить ему такие же «тепличные» условия, поэтому лучше приобретать более молодые саженцы, которые смогут адаптироваться к новому «дому» быстрее.


Чтобы в саду не было «проплешин», используйте так называемые «затычки»: заполняйте пустые места саженцами мелких растений. Чтобы не тревожить растущие рядом культуры, используйте садовый бур: просверлите узкое отверстие и поместите туда саженец.

В заключение Томас Райнер напоминает, что современные сады предназначены для получения удовольствия, а не для бесконечных изнурительных садовых работ. Не бойтесь веселиться и экспериментировать! Садоводство должно быть в радость.


По материалам www.gardenista.com

Источник: www.ogorod.ru

8 декабря питерский Opera Concert Club захватила армия тёмной сексуальности и соблазнительного разрушения: Австрийская техно-индастриал группа Nachtmahr снова посетила Петербург. Гастроли Томаса Райнера по России всегда сопровождаются невероятным задором и оставляют после себя уйму занятных историй. В тот вечер командор Райнер пустил нас в свой штаб для обнародования информации касательно его отношений с доминирующими женщинами, Австрийской дружелюбности, политики и мастурбации на сцене. Оружие на пол, подробности следуют ниже!»


Интервью с Томасом Райнером (Nachtmahr)

Привет, Томас! Добро пожаловать в Питер. Я задам тебе несколько вопросов, если на какой-то ты не захочешь отвечать, скажи, ладно?

Привет. Нет, я этого не скажу, спрашивай всё, что хочешь!

О’кей! Сегодня ты приехал к нам по случаю десятилетия твоего проекта Nachtmahr, а помнишь ли ты как вообще решил стать музыкантом?

Если говорить о серьёзном занятии музыкой, это случилось более двадцати лет назад, потому что я начал свой творческий путь с участия в L’Ame Immortelle, ты знаешь об этом, наверное, а вообще, музыкантом я захотел быть ещё мальчишкой. Тебе знакомы Guns N’Roses? Так вот, когда я увидел их солиста, Роуза, я подумал: "Нихрена себе! Вот это круто…" И в ту же секунду захотел быть рок-звездой! (смеётся) Естественно, на тот момент это было не более чем фантазиями, то, что у меня есть талант, я понял немного позже. Прежде чем основательно ступить на музыкальную тропу, я научился играть на фортепиано и басу, потихоньку всё встало на свои места, и вот я уже профессиональный музыкант, зарабатываю этим на жизнь. Сейчас музыка — работа мечты!

Твоё творчество включает электронную музыку. Многие люди считают, что у таких песен нет души. Что ты думаешь об этом?


Что я думаю… Думаю, это в корне неправильное мнение. Возьми хотя бы книги: когда мы читаем их, слышим ли мы что-нибудь? Нет! Они говорят с нами не звуками, а тем, что влияет на наши эмоции, и то, каким образом они рождаются в тебе, не имеет значения, понимаешь? Нет никакой разницы, что тронуло нас, важнее то, что оно нас впечатлило. Так что, не важно, проникся ли ты электронной музыкой, акустической гитарой или ещё чем, главное — душа и сердце человека, который за этим стоит.

Классное сравнение с книгой! А ты любишь читать?

Да, очень! Может быть, прозвучит тривиально, но я люблю книги о серийных убийцах, что-нибудь нуарное, криминальное и в стиле нью-нордик, что сформировался в Дании и Швеции.

Интервью с Томасом Райнером (Nachtmahr)

В проекте ты играешь роль командира, как считаешь, насколько велико влияние твоей музыки на слушателей, и может ли Nachtmahr повести за собой?

О, влияние очень велико! В случае с Nachtmahr, я хочу достучаться до каждого аутсайдера, сделать людей сильнее, чтобы они почувствовали, что не одни, и мы все вместе. Думаю, такая поддержка может сподвигнуть человека встать и идти дальше. Вместе мы — сила, если каждый из нас сделает маленький шажок, внесёт свою лепту, мы сможем изменить мир.


С таким лозунгом ты мог бы стать политиком. Никогда не думал об этом?

Нет, политика не мой конёк, потому что это очень грязное дело. Для меня важнее, когда тотальные перемены в нашем мире происходят по велению сердец, а не политиков. Сердце — моя мишень (смеётся), и я как снайпер, стараюсь выстрелить музыкой именно туда. Так что, мне не интересна политика, мне нужны людские сердца.

Говоря о том, что все мы люди: название твоего проекта означает "ночной кошмар", а у тебя есть свои кошмары?

Конечно, у меня есть свои демоны. Как и любой другой человек, я могу просыпаться в кошмарах и всё такое. Но моя музыка помогает мне победить всю эту тьму, разрушить даже те страхи, что я сотворил сам. В каком-то смысле, Nachtmahr — самотерапия, с её помощью я могу стать лучше, а все эти вещи, о которых ты спросила, лишить влияния на меня, им просто не остаётся места в моей жизни.

Несколько лет назад ты вместе с нашей российской группой Otto Dix записал песню Matuschka Rossiya. Расскажи, как ты и Михаэль пришли к сотрудничеству?

У меня нет сенсации для тебя, я и Майкл — хорошие друзья, сегодня мы уже успели выпить отличного "бухла". (смеётся) Мы друзья, а когда ты дружишь с кем-то из музыкантов, всегда хочется сделать что-то вместе. Я знаю Майкла много лет, знаю довольно близко, так что, было вполне ожидаемо, что я однажды скажу: "Хэй, а давай замутим что-нибудь совместное?"


Интервью с Томасом Райнером (Nachtmahr)

Как по-твоему, у русских музыкантов есть почва для создания успешного проекта, похожего по стилю на твой?

Конечно! В русских же столько огня и страсти! Мы обожаем выступать здесь, дикая отдача.

Да, ни для кого не секрет, что ты любишь Россию. Что между нами с Австрией общего, как думаешь?

Я всегда говорю, что русский менталитет мне ближе, чем немецкий, например. В Австрии и России люди чтут традиции, такие как гостеприимство, какие-то национальные обычаи. Это всё близко моему сердцу, да и русские духовные ценности имеют много общего с австрийскими.  В Австрии, как и в России, сложно сразу стать другом, это занимает время, но уж если вы стали друзьями — всё, этот человек твой друг навсегда! (замолкает, задумавшись) Да он даже под пули за тебя пойдёт, вот такая дружба в России! И в Австрии точно так же.

Надо же! Следующая моя заграничная поездка будет в Австрию.

А мы, кстати, очень уважительно относимся к женщинам: открываем им двери, помогаем надеть пальто, и всё такое! (смеётся)

Но твои-то девушки на сцене не нуждаются в помощи, они очень самостоятельные. Тебе такие женщины нравятся в твоей личной жизни?


Женщина во вселенной N — очень сильная женщина, уверенная в своих силах, её олицетворяют девочки моей на сцене. Они отдают команды, они держат всё под контролем. Если говорить о моих предпочтениях, будь это просто восприятие женщин, или же мои требования к сексуальному партнёру — я не люблю девушек типа "ми-ми-ми", которые говорят "да" всему, я люблю, чтобы в её поведении был вызов, собственное мнение. Думаю, ум намного сексуальнее тела, настоящий секс — в умении мыслить, не в титьках или пятой точке, весь секс — в голове!

То есть, для тебя приемлемы отношения, в которых женщина доминирует?

Для меня всё, что касается отношений в этом ключе — игра. В сексе женщина может быть верхней, а мужчина — нижним, а потом наоборот, они не играют одну роль постоянно. В этом и весь кайф, что сексуальное поведение может быть разным. Например, когда мы с моей девушкой занимаемся любовью, она может всё контролировать, а я — подчиняться. А через пару дней наоборот, понимаешь, о чём я? Постель — это игра, где постоянно происходит смена ролей.

А что с сюжетами твоих клипов, кто всё придумывает?

Я отвечаю за все идеи для видео, и вообще, за всю арт-часть. Всё беру из головы.

Перфомансы у вас очень эффектные. Репетируете?

Да, но вообще, мы же много играем в разных городах, в разных странах. Nachtmahr — интернациональная группа, наши концерты ждут в разных уголках мира. Поэтому, нам незачем много репетировать, всё выполняется уже на автомате.


Интервью с Томасом Райнером (Nachtmahr)

Можешь вспомнить самое сумасшедшее шоу среди всех, что тебе приходилось отыграть?

Да! Однажды мы играли в Техасе, и одна девчонка из толпы забралась к нам на сцену, начав мастурбировать. Мы просто выступали, а она вышла на сцену и развлекала аудиторию своей выходкой. Это был самый сумасшедший вечер! Нет, серьёзно, она просто спустила свои штаны и начала мастурбировать для нас, это не входило в программу концерта.

А где в этот момент была охрана?

Им было не до нас, они стояли, раскрыв рты, так же, как и мы. Но это было очень неожиданно, конечно. (коварно хихикает)

О’кей, Томас, спасибо за откровенный разговор! Удачи на сцене!

Пожалуйста! Я же обещал, что поговорим обо всём. Надеюсь увидеть тебя в зале.

 

Беседовала Ирана Наджафова.

Фотографии: Елена Карпова.

Выражаем благодарность INFINITY CONCERT за организацию интервью.

Источник: metalkings.org

Интервью с Томасом Райнером, основателем и вокалистом группы Nachtmahr 1 июня 2012.
Томас РайнерNachtmahr — проект австрийского композитора, музыканта, певца и продюсера Томаса Райнера, созданный в 2007 году. К моменту создания Nachtmahr Райнер уже приобрёл известность участием в группах L’Ame Immortelle и Siechtum. Кроме того, он работал диджеем в клубе «Пи» в Вене. Эта работа в итоге и вдохновила его на создание сольного проекта. Стиль своей музыки он описывает как «недостающее звено между беспощадной и провокационной силой индастриала и молотящей силой техно».

Общаясь с Томасом Райнером после недавнего выступления на Kinetik Festival, журналистам «I Die : You Die» удалось узнать довольно многое: Томас сам был не против пообщаться с представителями масс-медиа, чтобы пролить свет на многие насущные проблемы, ставшие актуальными на недавнем музыкальном шоу. Райнер пригласил публицистов интернет-портала, чтобы ответить на самые спорные и волнительные вопросы.

Итак, две ночи назад Вы начали выступление на фестивале с цитаты Уинстона Черчилля, которая точно так же открывала ваш последний альбом: «У тебя есть враги? Хорошо. Значит, в своей жизни ты что-то когда-то отстаивал». А что отстаивает Nachtmahr?

Томас: Когда вы поймали меня после выступления, я вам как раз об этом рассказал. Мне кажется, индустриальная сцена становится слишком банальной и пресной. Сегодня мы пытаемся следовать действенным формулам, избегая переходов к разным крайностям и неожиданностям, потому что другие люди могут вас неправильно понять за это. За то, чем я занимаюсь, на мою голову льется немало дерьма, но, с другой стороны, моя деятельность позволяет мне гордиться собой. Есть странная метафора, в соответствии с которой мог мозг и живет сегодня – вся эта критика словно застежка-липучка, за края которой цепляется весь ворс. Но если вы абсолютно «гладкий», без выступов и зацепок, то все будет соскальзывать с вас, как и любая критика. Чем большую взбучку вам устраивают критиканы, тем лучше вы прокладываете свой путь к успеху. Есть такие люди, которые не желают видеть вас на вашем законном месте, поскольку вы не привязываетесь к их правилам и идете против них. Индастриал, ориентированный на панк культуру, как раз и действует для нарушения правил и расширения всех возможных границ.

Некоторые высказываемые критические реплики в отношении нынешней ЕВМ музыки касаются ее аполитичности и бессодержательности. Вы представляете Nachtmahr в роли политического проекта?

Томас: Не совсем. Я человек не политического настроения. Думаю, что политика не должна иметь что-то общее с музыкой. Политика скорее предназначена для личной жизни каждого человека. Я вот отдаю свой голос определенной партии на выборах, но это уже личное дело. Музыка не должна быть средством для трансляции политических убеждений, будь-то левые или правые политические направления.

Как мы могли видеть на выступлении, многие люди неоднозначно восприняли тот факт, что Вы используете множество всякой символики и иллюстраций. Вы не первая индустриальная формация, которая использует фашистскую символику. Так почему, по Вашему мнению, люди так реагируют на действия Nachtmahr подобным образом?

Can You Feel The BeatТомас: Во-первых, хотелось бы немножко прояснить ситуацию: это не фашистская символика, а милитаристическая. Разница очень большая. Вчера я общался с одним парнем, так он мне сказал: «Направляясь в ночной клуб, я одел русскую униформу; в итоге, у меня были проблемы с другими парнями, которые назвали меня «сраным нацистом». Именно в этом и проблема. Мода милитаризма, которая крайне приветствуется в фетишистской субкультуре, часто неправильно ассоциируется с политикой правого крыла. В БДСМ это признак доминантности и силы, в то время как униформа способна выражать эту власть. Здесь отсутствует какой-либо политический контекст. Все дело в эффектности, которую вы чувствуется, когда сами одеваете такой наряд и когда другие люди вас оценивают. Вы одеваете униформу, глядите на себя в зеркало и чувствуете себя наделенным властью. Даже люди не осознающие это напрямую, чувствуют это. Мы росли, ощущая всю эту власть вокруг нас, поэтому определенные характеристики ассоциируются у нас только с униформой. Человек, одевающий униформу, не может не чувствовать эту власть. Вот в чем вся соль использования униформы. Повторюсь: это не фашизм, это милитаризм. И я намерен придерживаться подобного рассуждения.

Касательно БДСМ тематики, Вы как раз заимствовали многое из фильма «Ночной Портье» для создания иллюстраций к релизам. Многие ваши тексты так же акцентированы на том, о чем мы только что беседовали. Тогда, является ли фетиш важной тематикой для Вас, которую Вы хотите раскрыть?

Томас: Именно. Я всегда открыт также как и сейчас перед вами. К тому же, так я раскрываю свои собственные сексуальные фантазии. Я ох…нно возбуждаюсь, стоит мне только увидеть сексуальных цыпочек в униформе. Если я могу позволить себе подобное в рамках своей группы, то меня все это действительно по-хорошему заводит, как и множество людей вокруг нас. Я как раз живу своими сексуальными фантазиями с помощью визуальности и изображений, демонстрируемых в группе.

Вы крайне неоднозначная фигура на музыкальном поприще: многие люди критикуют Вас за то, чем вы занимаетесь. Во всех дебатах, выражения «Nachtmahr» и «Томас Райнер» являются практическими взаимозаменяемыми. Если грань между этими двумя категориями?

Томас: Определенно есть. На сцене я в образе Верховного Главнокомандующего – очень заносчивой и самоуверенной персоны. Вне сцены я совсем другой – люблю веселье и общение. Сценический образ нужен лишь для того, чтобы подчеркнуть визуальную составляющую группы. Если вернутся чуточку в прошлое, то вначале у меня была идея о создании этого образа. Когда я начал писать музыку для группы, этот образ был фактически безликий. Так, образ был придуман абсолютно случайно. Я написал несколько треков для своего ди-джеинга с желанием стереть пробелы между «индастриалом» и «техно». Многие люди пришли ко мне и сказали «Ты должен обязательно заняться выпуском этой музыки, у тебя здорово получается!». Вот так я столкнулся с проблемой создания сценического имиджа. Сценический имидж очень важен для раскрутки твоей музыки и для привлечения людей. Долгое время я думал над этой головоломкой. Прослушивая музыку, я вспоминал о своей службе в австрийской армии. Так, я обнаружил немало параллелей между жизнью музыканта и жизнью солдата. Ты постоянно тренируешься и тренируешься, при этом у тебя есть четкие задания, которые ты должен выполнять. Дружба среди музыкантов такая же, как и дружба солдат. Ты часто находишься вдали от дома, например, что очень похоже на жизнь музыканта. Все то, с чем я столкнулся за три года службы, были похожи на мою карьеру музыканта. Именно так я решил изобразить «Nachtmahr» в качестве «солдат музыкального звука», которые, вместо пушек, «стреляют» басом и битами.

Говоря об образе группы, Вы также приводили цитату Джона Доу (персонаж из фильма-триллера «Семь» — прим.ред.): «Чтобы люди тебя услышали, недостаточно просто произносить слова, нужно ударить их кувалдой». Такое ощущение, что с каждым новым релизом фашистский или милитаристический имидж Nachtmahr становился все шире и объемнее. Так и задумывалось?

Томас РайнерТомас: Нет, думаю, тут нет ничего сложного – были бы только деньги. Все начинается с идеи, от релиза к релизу вы просто улучшаете свой имидж, а потом беретесь за «облагораживание» концепции. Вами движет некий импульс. От начала одной идеи до конца другой всегда имеется некий прогресс, и так продолжается постоянно. И опять-таки: хочу подчеркнуть, что мы не имеем дел с фашизмом – это милитаризм. Мы используем ту же униформу, которая используется в любых других армиях всего мира. Используем, как австрийцы, как патриоты своей страны…Всем американцам разрешается проявлять патриотизм, а вот немцам этого делать нельзя. Я австриец и патриот, я не могу быть нацистом по определению. Фашистская Германия вместе с Третьим Рейхом вылила на нас слишком много помоев. Если вы австриец и патриот, вы искренне верите в свою страну. Корни нашей истории тянутся из Австро-Венгерской Империи, которая во многом превосходит прошлую, нынешнюю и будущую историю Германии. Мы были лишены этого исторического наследия из-за тени павшей от действий Третьего Рейха. Поэтому, любой австриец с патриотическим взглядом не может быть нацистом или фашистом (Впоследствии, Томас прояснил суть данной фразы, ссылаясь на убеждения немецкой социал-националистической партии, которая не признает Австрию, как отдельное государство, а видит ее только как часть Германии – прим.ред.). Вот что я хотел сказать, поскольку неоправданные заявления о нацизме оскорбляют меня, как патриота Австрии.

Выражение «нацист» часто фигурирует, когда некоторые люди желают оклеветать Вас. Так, эти люди либо подразумевают, что Вы являетесь нацистом, либо намекают о ваших симпатиях к нацизму. Как Вы считаете, нужно ли давать им достойный ответ?

Томас: Я, в основном, это уже сделал. Я патриот, я фетишист в отношении униформы, и я люблю тематику милитаризма. Если люди принимают это за проявление нацизма, то они них..я не правы, я в этом не виноват.

Вы не боитесь того, что Ваш имидж затмевает ваши музыкальные достижения?

Томас: Я думаю, это все связано воедино. Общая идея была в том, чтобы придумать нечто, что поддерживало бы нашу музыку. Чтобы продвигать музыку в массы, имидж крайне необходим – это некий посредник для музыки. Многие индустриальные коллективы не имеют собственного лица из-за отсутствия имиджа. Мы обычно смотрим на свои фотографии с фестиваля, и видим там двух парней в милитари-штанах и черных футболках, стоящими за лэптопами. Всегда нужно придать лицо своему проекту – в этом весь Nachtmahr. Для меня имидж также важен, как и сама музыка.

На сцене в пятницу Вы сказали, что вся суть индастриала в его битах и ритме. Можно ли сказать, что это определение вашей музыкальной деятельности?

Томас: Я на этой сцене уже пятнадцать лет, и часто приходилось слушать подобные дискуссии.

Так что же такое «индастриал»?

Томас: Что такое «индастриал»… Группы, которые сегодня попадают под данное определение, в прошлом были словно юная ребятня, которая мерялась своей «труевостью» между собой. Мне пи…ец как смешно от этого. Вся эта «труевость» напоминает мне о своих блэк-метал буднях: постоянно обсуждалось что «тру», что «нетру». Вот давайте спалим какую-нибудь церковь или убьем каких-нибудь христиан, чтобы считаться настоящей блэк-метал командой. Все это херня. Индастриал всегда имел дело с футуризмом. Если окунуться в прошлое, то такие старики, как Cabaret Voltaire, или Test Dept, всегда были на высоте своих возможностей. Все подобные группы всегда использовали новейшие достижения технологии для записей, и они всегда были впереди мейнстрим-музыки. Они всегда были впереди всей музыкальной сцены. Эволюция — вот главная концепция индастриала. Хотя сейчас есть люди, которые утверждают, что подобная эволюция в корне неверная идеология. Если бы Test Dept, Cabaret Voltaire, или Clock DVA появились сегодня, они бы бл..ть делали тоже самое, что и в свое время. Они бы использовали ай-пады, они бы пользовались современными синтезаторами, работая со всеми современными технологиями. В этом вся соль — в восхищении машинами, в почти чокнутом подходе к работе и ко всему прочему. Именно из этой идеи растут корни индастриала – «прими перемены всем сердцем, не страшись их».

Когда бы на этой сцене не появилась неоднозначная группа, в сети Интернет всегда бурлят дискуссионные страсти – любой юзер с клавиатурой под рукой желает высказаться. При Вашей работе с Nachtmahr это скорее помогает или мешает рабочему процессу?

Томас: Думаю, Интернет – это истинное благо и, одновременно, проклятие всего человечества. Каждый чувствует в себе нужду высказаться, даже если человек не имеет при себе четкого мнения. Например, в недавней дискуссии о якобы моем женоненавистничестве, одни чуваки общались на эту тему, а другие чуваки это комментировали, поливая грязью меня и моих знакомых. Это не то место, где люди должны дискутировать на такие темы. Я как-то общался со своей подругой-лесбиянкой, так она была очень обижена заявлениями из этой тематики. Говорила, что мне многое не понять, поскольку я парень, и многое, с чем девушка сталкивается по жизни, мне не суждено осознать. Говорить нужно только за себя. Думаю, она это очень верно заметила.

Can You Feel The BeatМожет, в этом-то как раз и проблема, что на сцене так мало музыкантов-девушек?

Томас: Определенно! Я вот задействован в другой группе, L’ame Immortelle. С Соней я уже работаю долгое время, около 14 лет. И я по-прежнему вдохновлен совместной работой с ней. Однако, ее женский подход к музыке очень отличается от моего, мужского видения. Это привносит довольно освежающий эффект, когда я использую ее идеи в своей музыке. Так, наш музыкальный опыт становится более целостным, если вы понимаете, о чем я. Именно поэтому мне грустно от того, что сегодня так мало девушек в музыке, ведь они могут сильно поспособствовать развитию этой сцены. Здесь одни мужики! Сцена просто обязана пополняться девушками-музыкантами, поскольку они могут сделать нашу музыку гораздо лучше и разнообразнее.

Может девушек что-то отталкивает в эстетике самого индастриала?

Томас: В разной рабочей деятельности существуют обычно одни и те же проблемы – бизнес, управляемый мужчинами. Для девушек довольно тяжело найти свое место под этим солнцем. Частично, такая слабая тенденция происходит из-за агрессивности самого индастриала. Девушки по натуре не настолько агрессивны, как противоположный пол, поэтому они не могут проявить себя в этой сфере музыкального жанра. Эрика из Unter Null мой хороший друг. Вчера она как раз прислала мне ободряющее сообщение, когда услышала о произошедшем (инцидент с презентацией Ad-ver-sary, о котором будет рассказано ниже – прим.ред.). Вон она хороший пример того, как девушки музыканты могут создавать годную индастриал музыку. Поэтому пожалуйста — пусть их будет больше!

Вам не кажется, что Nachtmahr является как бы выражением Ваших истинных мужских качеств, в то время как L’ame Immortelle — экспрессия более сентиментальных, «женских» оттенков?

Томас: Совершенно точно подмечено. Я очень биполярная личность. Во мне сочетаются сразу два типа характера, и интровертность, и экстравертность. Nachtmahr как раз привнес баланс в мою жизнь. В L’ame Immortelle я могу выражать свои внутренние, романтичные и меланхоличные чувства, которые боле свойственны дамам. В рамках Nachtmahr я выражаю свои мужские, агрессивные, доминирующие качества. Чтобы понять меня, как человеческую личность, вам нужно увидеть и принять эти обе стороны.

Когда происходит нечто подобное, как то, что случилось на сцене в пятницу, Вы принимаете подобные события близко к сердцу? (следует сказать, что на Kinetik Festival группа Ad-ver-sary выступила с провокационным роликом, в котором саркастично раскритиковала деятельность таких известных групп, как Nachtmahr и Combichrist — прим.ред.)

Томас: Не совсем. Подобные дела «выкосили» скорее моих друзей и фанатов, чем меня самого. Я ведь в этом бизнесе уже долгое время. Если идете на риск, чтобы создать неоднозначную и эпатажную группу, с неоднозначным и эпатажным имиджем, значит, вы должны быть готовы к любым последствиям – вы на это подписываетесь. У всех, похоже, была мысль, что, «О Боже, вы слышали что сделал Ad-ver-sary? Да идет оно на х…!». Я посмотрел видео на следующее утро, и меня посетили подобные мысли. Думаю, что у него неправильная точка зрения, но я не воспринимаю это как нападки на меня. Будучи профессиональным музыкантом уже более 12 лет, я делаю это для себя, а критика любого уровня – это вызов, который ты всегда принимаешь, и это часть твоей работы. К этому нужно приспособиться, а иногда и присмотреться к критике, чтобы найти что-то ценное для себя, что поможет в улучшении как твоей музыки, так и твоего бытия. Я не принял это событие близко к сердцу, я ни на кого не держу зла. Я привык к едкой критике, и я действую так, чтобы выглядеть другим человеком, чтобы люди меня лучше слышали.

Хоть мы и говорим много и критике в Ваш адрес, Вы по-прежнему являетесь одной из самых популярных команд на фестивале: многие люди ходят в футболках с лейблами Nachtmahr, в униформах, и т.д. Если отбросить личные мотивы для создания имиджа, какую роль в целом играет внешность для зрителя?

Томас: Работая с музыкой, с L’ame Immortelle, с Nachtmahr, я пытаюсь создать собственный мир. Я прям как мини-Толкиен (*смеется*). Это мир, полный лозунгов, символов, одежды, языка и прочих подобных вещей. Многие люди вне сцены находятся в идеологической пустоте, а я в свою очередь предоставляю им небольшой такой «дом» со своими принципами. Со стороны зрителя все выглядит так: «Я собираюсь пойти на концерт Nachtmahr, что же мне одеть? Так, в моем гардеробе есть белая блузка и галстук… Почему мы бы мне не выглядеть так, как одна из девушек-участниц Nachtmahr?». Таким образом, я помогаю людям найти новые образы и самоидентификации.

Значит, вместе с придуманным концептом для группы, Вы развили и имидж-концепт для своей армии поклонников?

Томас: Я долго думал о своих сценических нарядах, и все произошло под вдохновением. Я хотел иметь дело с униформой, которая легко бы создавалась в домашних условиях с помощью разной одежды из гардероба. Когда я на сцене, то неимоверно радуюсь от того, что вижу людей в униформе. Это гораздо приятнее, чем видеть людей в футболках с нашим логотипом, поскольку люди с униформой делают некие усилия, чтобы показать свое восхищение нашей группой. Тогда я действительно становлюсь счастливым.

Мы уже успели понять, что Вы не боитесь провокаций, потому что готовы к ним. Куда Вы планируете двигаться дальше? Будет ли проект двигаться в другом направлении, принимая подобную или новую критику?

Томас: В конце года мы выпустим новым альбом. Я не собираюсь заново изобретать велосипед и менять что-то в Nachtmahr. Я просто должен увидеть, что идет по плану, а что идет не так. Это происходит не пошагово, а плавно – идя своим путем, вы занимаетесь некой регулировкой, чтобы просто понять, хватит ли ваших усилий для удовлетворения собственных нужд, или нужно добавить что-то еще.

Значит, у Вас нет пятилетней стратегии развития?

Томас: Нет, все происходит в динамике.

Оригинал: I Die : U Die

Источник: rockbunker.ru

История L’Âme Immortelle началась на вечеринке на квартире DJ D.A.V.E. весной 1996 года. После нескольких бутылок пива и долгого разговора оказалось, что Томас Райнер (Thomas Rainer) и Ханнес Медвенич (Hannes Medwenitsch) ищут более стабильную базу для выражения своих идей. Неделю спустя после этого вечера в этой же квартире началась работа над музыкой проекта, первоначально названного Technocratic Conquest, еще через несколько недель переименованного в L’Âme Immortelle В этот первый вечер также была записана и первая песня
L’Âme Immortelle — «Final Oath».

После еще ряда встреч и сессий была записана песня «Life Will Never Be The Same Again», которая побудила Томаса и Ханнеса начать поиски вокалистки, которая бы внесла живую, человеческую нотку в их электронные симфонии. После некоторых размышлений Томас позвонил своей старой школьной подруге, Соне Краусхофер (Sonja Kraushofer). После первого же прослушивания все стало ясно — великолепный вокал Сони настолько идеально вписывался в музыку, будто она была написана специально для него.

Примерно за полгода была записана первая демолента, «Lieder, Die Wie Wunden Bluten», и выслана нескольким звукозаписывающим компаниям. Одна из них была отдана Ричарду Ледереру (Die Verbannten Kinder Evas, Summoning), который представил ее руководителю своего лэйбла Оливеру Фальку. Фальк приехал из Лихтенштейна на первый концерт L’Âme Immortelle в конце 1996 года, чтобы заключить контракт с группой. Результатом этого контракта стал альбом «Lieder, Die Wie Wunden Bluten», вышедший в октябре 1997 года. Песня «Life Will Never Be The Same Again» стала (и остается до сих пор) клубным хитом в Германии, а сам альбом был принят слушателями очень хорошо.

После ряда концертов и работы по написанию новых песен L’Âme Immortelle записывают летом 1998 года второй альбом, «In Einer Zukunft Aus Tranen Und Stahl», музыка которого стала более сложной и агрессивной. Особенно успешными оказались песни «Bitterkeit» и «Love Is Lost», а сам альбом продержался 6 недель в German Alternative Charts, достигнув там 12-го места. Также группа заключила контракт с Drakkar Entertainment, что открыло для нее большое количество новых возможностей.

Весной 1999 года L’Âme Immortelle предприняли совместный концертный тур с Christian Death. В результате облимитированным тиражом в 500 экземпляров был выпущен концертный миньон «Tour CD», содержащий четыре неизданные песни, вручную пронумерованный и подписанный. Во время этого тура группа познакомилась с Алексом Стормом с Trinity Records, они сошлись во мнениях и, так как контракт с MOS Records истек, решили для выпуска третьего альбома перебраться на Trinity. Этот альбом, «Wenn Der Letzte Schatten Fallt» стал настоящим шедевром. Звук стал более атмосферным, вокал Сони теперь присутствует почти во всех песнях. Альбом вышел в двух вариантах — во втором варианте к нему прилагался второй диск, миньон Echoes, содержащий песни группы, ремикшированные ее друзьями — Noisex, Das Ich, Inertia.
После очередной серии концертов музыканты выпускают очередной сингл, «Epitaph», а затем выходит четвертый альбом «Dann Habe Ich Unsomst Gelebt», продолживший традиции звучания предыдущих альбомов и подтвердивший славу L’Âme Immortelle как лидера готического электро не только в Австрии, но и в мире. Параллельно Томас Райнер организовал проект Siechtum, выпустивший уже два альбома, в котором экспериментирует с более шумовым, индустриальным звучанием.

В 2002 году группу покинул Ганс. Томас и Соня вскоре нашли нового гитариста, Эшли Дэёр, и в ноябре 2002 переформированная группа выпустила сингл «Tiefster Winter». В 2003 году группа выпускает альбом «Als die Liebe starb», а так же «Seelensturm» — коллекцию переработанного раннего материала.

В 2004 году группа опять меняет лейбл, на этот раз на GUN-Supersonic, который является подразделением Sony BMG Music Entertainment. Первым синглом на новом лейбле стала совместная работа с немецкой группой OOMPH! «Brennende Liebe» (выпущен как «OOMPH! feat. L’Âme Immortelle»); на сингл был также снят клип, в котором появились LAI. После этого, L’Âme Immortelle выпустили новый альбом «Gezeiten», который включал также некоторые популярные песни группы, как «5 Jahre», «Stumme Schreie» и «Fallen Angel». Причиной такой резкой смены стиля очевидно стал переход на новый лейбл: заметные элементы электронной музыки ранних работ практически отсутствуют в альбоме «Gezeiten».

В августе 2006 года одновременно с синглом «Phönix» был выпущен альбом «Auf deinen Schwingen», который содержит такие песни как «Wohin» — песня с тем же текстом, что и другая знаменитая работа LAI под названием «Aus den Ruinen» — и «Nur Du», новое звучание которой полностью отличается от ранней работы L’Âme Immortelle. Клипом для этой песни стал мультфильм, что необычно для группы.

22 июня 2007 L’Âme Immortelle выпустили собрание лучшего под названием «10 Jahre». Этот альбом демонстрирует лучшие моменты их карьеры, а также содержит два эксклюзивных трека «No tomorrow» и «Come closer», которые доступны для свободного послушивания в их профиле на портале MySpace.

25 января 2008 был выпущен новый альбом «Namenlos»

Дискография

Альбомы

* Lieder Die Wie Wunden Bluten (1997)
* …In Einer Zukunft Aus Tränen Und Stahl (1998)
* Wenn Der Letzte Schatten Fällt (1999)
* Dann Habe Ich Umsonst Gelebt (2001)
* Als Die Liebe Starb (2003)
* Gezeiten (2004)
* Auf Deinen Schwingen (Август 2006)
* 10 Jahre — Best Of (Июнь 2007)
* Namenlos (2 СD) (25 Январь 2008)
* Durch Fremde Hand (2 CD) (Июль 2008 )

Синглы

* Epitaph (2000)
* Judgement (2001)
* Tiefster Winter (2002)
* 5 Jahre (2004)
* Stumme Schreie (2005)
* Fallen Angel (2006)
* Dein Herz (2006)
* Phönix (2006)
* Nur Du (2006)

DVD

* Disharmony-Live! (2003)
* Jenseits Der Schatten (2008)

Источник: zaycev.net


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.